Магазин готовых дипломов, курсовых и рефератов
Библиотека студента

Элементы мирового бизнеса. Формирование и развитие Европейского сообщества

4. ФОРМИРОВАНИЕ ЕДИНОГО ВНУТРЕННЕГО РЫНКА

Одним из принципов интеграционной стратегии ЕС следует назвать идею поэтапности и постепенности продвижения к объединенной Европе. Концепцию поэтапности сформулировали архитекторы интеграции Жан Монне и Робер Шуман еще в конце 40-х - начале 50-х гг. «Европа, - подчеркивалось в Декларации Шумана, - не будет построена сразу и целиком, она будет создаваться посредством конкретных достижений, рождающих прежде всего практическую солидарность». Были определены и основные этапы: создание таможенного союза, от него - к общему рынку, далее - к экономическому и валютному союзу и завершающий этап - к союзу политическому. Отражением данной концепции является серия договоров и других нормативных актов, которые отмечают весь путь развития интеграции. С момента заключения в 1951 г. Парижского договора насчитывается около десятка таких документов.

В прошлом лидеры «малой Европы», как тогда называли первоначальную «шестерку» участников ЕС, трижды переболели типичными «болезнями роста» - максимализмом и головокружением от успехов. Первый раз - в начале 50-х гг., когда вслед за договором о создании ЕОУС был подготовлен и даже подписан договор о Европейском оборонительном сообществе (ЕОС) и начата подготовка договора о Европейском политическом сообществе. Отказ французского парламента ратифицировать договор о ЕОС поставил крест на планах военной и политической интеграции. Второй приступ этой «болезни» в середине 60-х гг. выразился в попытке отказаться от принципа единогласия. Наконец, в начале 70-х гг. на волне эйфории, вызванной досрочным созданием таможенного союза, был принят план форсированного перехода до 1980 г. к экономическому и валютному союзу, но и он потерпел неудачу.

И все же, осмысливая с высоты 90-х гг. путь, пройденный ЕС, нельзя не прийти к заключению, что в целом оно достаточно последовательно ориентировалось на поэтапность, на продвижение «шаг за шагом» к стратегическим целям интеграции.

Конечно, действия ЕС определяются общими целями интеграции. Но в повседневной практике они в немалой мере определяются здравым смыслом, логикой прагматизма. Теории интеграции - а в них недостатка не было - служили лишь общим ориентиром, но никак не руководством в повседневной деятельности. На практике ЕС продвигалось вперед в тех случаях, когда оно, определяя приоритетные области и конкретные программы действий, исходило из самых насущных потребностей участников. И это естественно, ибо только неотложные задачи, которые оказались общими для всех, были способны перевесить межгосударственные противоречия.

Наиболее ярким проявлением такой стратегии явился подход ЕС к решению такой сложнейшей задачи, как строительство ЭВС. Первая попытка ее решения была предпринята в начале 70-х гг., но она закончилась полным фиаско. Легче всего было бы объяснить причины неудачи внешними обстоятельствами - кризисом доллара, нефтяным «шоком» и последующим экономическим спадом. Такая версия, действительно, имела хождение. Однако более глубокий анализ привел стратегов интеграции к заключению, что необходимо пересмотреть саму концепцию перехода к ЭВС, путь к которому будет более сложным и длительным, чем представлялось ранее.

В основу новой стратегии перехода была положена все та же идея поэтапности, причем содержание каждого последующего этапа определялось по мере того, как приближался к завершению предшествующий. Именно практика подсказала такие решения, как содействие конвергенции экономических уровней государств-членов с помощью структурных фондов ЕС и более активная гармонизация экономической политики национальных правительств, осуществление промежуточных мер на пути к валютной интеграции, курс на научно-техническую интеграцию. Руководители ЕС еще раз продемонстрировали свою осмотрительность в начале 80-х гг., когда возобновилось поступательное движение интеграции. Они отвергли максималистскую идею подписания договора об учреждении политического союза федеративного типа, хотя Европейский парламент одобрил проект такого договора в 1984 г.

Вместо этого был принят компромиссный документ - ЕЕА, провозглашавший в качестве первоочередной цели создание к концу 1992 г. единого внутреннего рынка, предусматривавшего, в отличие от общего рынка 60-х гг., свободу движения не только товаров, но и услуг, капиталов и лиц, а также значительно большую согласованность экономической и валютной политики государств-членов [9].

Не менее примечательной, чем ЕЕА, была Белая книга (1985 г.), увязывавшая в единый комплекс приоритетные цели и все другие направления интеграционной политики. Пожалуй, никогда еще ЕС не прорабатывало так тщательно и так конкретно программу своей практической деятельности. В соответствии с этой программой было принято около 300 актов, имевших целью устранение физических, технических и налоговых барьеров, препятствовавших функционированию единого внутреннего рынка. После опубликования Белой книги КЕС о создании единого внутреннего рынка открылась дискуссия о роли государственных рынков в ЕС. Замкнутость национальных государственных рынков ведет к неэффективному использованию средств налогоплательщиков и означает расход этих средств в размере 40 млрд ЭКЮ ежегодно. В ответ на продукцию государственного сектора были распространены три основных принципа: свободное движение товаров, рабочей силы, услуг. Как свидетельствует опыт, от простой либерализации государственных рынков понадобилось перейти к координации процедуры заключения сделок, в связи с чем появились директивы «Работы» (1971) и «Поставки» (1976), регулирующие обмен услугами и товарами. Сфера действия директив для товаров и услуг различна. Более узкая для услуг, она ограничена в основном строительной индустрией. Различен и подход к определению субъектов отношений, причисленных к категории «государственных». Кроме самих государственных учреждений сюда относятся органы местного самоуправления, а также юридические лица, обладающие правами, эквивалентными правам государственных учреждений. Эти директивы потерпели неудачу: не удалось достичь, как признает КЕС, взаимопроникновения «государственных рынков».

В 1984 г. начался пересмотр положения в данной области. Впоследствии появилась директива «Поставки» от 22 марта 1988 г. Согласно данной директиве, к 31 декабря 1992 г. должен быть создан истинный «внутренний рынок», т.е. режим свободного движения товаров, рабочей силы, услуг и капиталов, не ограниченный никакими препятствиями. Движение товаров может происходить как путем купли-продажи, так и путем предоставления товаров в кредит, аренду или временное пользование без смены формы собственности. Действие этой директивы не распространяется на транспортные средства, водоснабжение, энергетику, телекоммуникации, а также сферы, необходимые для обеспечения государственной безопасности (производство вооружений, боеприпасов и т.п.), и на виды деятельности, которые регулируются международными соглашениями, международными организациями иначе, чем предусматривается данной директивой.

Директива 22 марта 1988 г. определяет процедуру проведения переговоров между участниками сделки, представляющую собой применение традиционных форм и механизмов гражданского права (частной рыночной экономики) к операциям в сфере государственных рынков (взаимоотношениям между государственными учреждениями и предприятиями). При этом на государственном рынке не может быть такой свободной конкуренции, как на частном рынке. Там, где устанавливаются деловые связи между единственным продавцом и единственным покупателем, принцип «по взаимной договоренности» неминуемо отличается от того, который устанавливает условия сделок на свободном частном рынке в условиях конкуренции многих продавцов и покупателей. Конкуренция заменяется консультациями: в Бельгии, например, закон требует, чтобы условия контракта «по взаимной договоренности» устанавливались после консультаций с несколькими продавцами и покупателями аналогичных товаров; французское законодательство различает товары, переговоры по которым предусматривают конкуренцию, и товары, переговоры по которым не предусматривают конкуренции. Теперь подобное разделение товарной массы, обращающейся на государственных рынках, становится общим правилом для всего Сообщества.

Устанавливаются и общие правила в самом порядке движения товаров на государственных рынках. Необходимость в гармонизации техники движения товаров возрастала, поскольку постоянно появлялись новые национальные правила, создающие такие помехи. Первым документом стала директива ЕС от 28 марта 1983 г., предусматривающая процедуру предоставления каждой страной информации о нормах и технических правилах движения товаров. По примеру правил ГАТТ, с 1 января 1985 г. новая процедура предоставила КЕС право предлагать странам-членам модификации их правил для гармонизации процедуры движения товаров.

Директива «Работы» расширяет понятие «государственный рынок труда», в которое включается не только само проведение определенного круга работ, но и их концепция. Так, намерение какого-либо правительства организовать общественные работы (например, строительство туннеля) должно быть предметом открытых торгов для всех подрядчиков вне зависимости от принадлежности к той или иной стране.

Свобода выбора процедуры миграции в связи с выполнением работ на территории другой страны предусматривает условия, аналогичные тем, которые устанавливаются директивой для перемещения товаров. Интересы технического прогресса в строительстве и производстве общественных работ, требуют отказа от жесткой регламентации производителей таких работ предварительными проектами. Они должны иметь свободу выбора вариантов, которые не могут отвергаться лишь на том основании, что они не соответствуют тому, что принято в данной стране. При этом принимающим решение властям предоставляется возможность учета социальных последствий проведения общественных работ, особенно влияние на занятость в районах, пораженных значительной безработицей, в первую очередь среди молодежи.

Проведение в жизнь главного принципа Сообщества - обеспечения недискриминационного отношения ко всем участникам - становится все более трудным делом по мере усложнения положения на самих рынках. Усугубление такого положения заставляет все шире использовать административный механизм для регулирования экономической жизни, в том числе и в областях, на которые распространяется действие директивы.

Свобода конкуренции не должна ограничиваться только рамками Сообщества. Третьи страны, особенно подписавшие соглашение ГАТТ, должны получить возможность участия в открытых торгах на государственных рынках ЕС и на рынке товаров, и на рынке труда [12].

Программа перехода к единому рынку была выполнена почти полностью, и в декабре 1992 г. Эдинбургская сессия ЕС констатировала, что единый внутренний рынок стал свершившимся фактом.

Этот опыт убедительно показал, что принцип прагматического и селективного подхода к задачам ЕС, а также тщательная проработка конкретных планов позволяют постепенно расширять фронт интеграции, переходить от простых ее форм к более сложным, от скромных и даже символических мероприятий к масштабным.

4.1. Евро - новая валюта европейских стран

На рубеже 1998 - 1999 гг. в условиях хозяйственной деятельности в большинстве стран Европейского союза (ЕС) произошли кардинальные изменения. На место множества прежних национальных валют пришла единая европейская денежная единица (евро), заменяющая эти валюты во всех современных функциях денег и во всех видах деловых операций.

Такой шаг существенно продвигает вперед процесс интеграции, ибо складывающийся единый внутренний рынок ЕС уже не мог опираться на различные денежные системы, остающиеся в национальном подчинении.

Евро с самого начала формируется как одна из мировых резервных валют, средство защиты интересов Евросоюза в конкуренции с долларом США и иеной и сокращения зависимости от них в обслуживании внутриевропейского и международного финансового оборота. По «пропускным критериям» присоединения к «зоне евро» Совет ЕС допустил Австрию, Бельгию, Германию, Ирландию, Испанию, Италию, Люксембург, Португалию, Финляндию и Францию. Великобритания и Швеция также укладываются в большинство указанных критериев, однако они не высказали желания войти в «еврозону» в составе первой волны ее участников. Дания сталкивается при этом с конституционными проблемами, и наконец, финансы Греции пока заметно отстают от указанных нормативов.

Среди критериев - бюджетный дефицит в размере не более 3% ВВП (к государству-нарушителю применяются санкции); размер государственного долга не более 60% ВВП (или устойчивое приближение к этому показателю); долгосрочные процентные ставки по кредитам, не превышающие два процентных пункта над средним уровнем этого показателя по трем странам ЕС с наиболее стабильными ценами; инфляция не более чем на полтора процентных пункта выше среднего уровня этого показателя по трем странам ЕС с наиболее стабильными ценами; участие в Европейской валютной системе без выходов курса национальной валюты за рамки разрешаемых ею курсовых колебаний в течение последних двух лет.

С 1 января 1999 г. евро приобрела статус официальной денежной единицы 11 стран, а их собственные валюты стали лишь ее дробными выражениями. Проведена твердая фиксация курсов этих валют к евро для необходимых пересчетов (реденоминации) всех государственных и частных финансовых активов и пассивов «зоны». Сама евро вошла в безналичный финансовый оборот. Прежняя счетная единица ЕС - ЭКЮ - заменяется евро в пропорции 1:1, прежними остаются и все условия ранее заключенных коммерческих контрактов. По дальнейшему сценарию, после необходимого подготовительного периода, с 1 января 2002 г. евро станет и наличной валютой, а с 1 июля 2002 г. после обмена старьгх денежных знаков на новые - единственной валютой своей зоны [11].

ПОСЛЕДСТВИЯ ПЕРЕХОДА К ЕВРО

По своему хозяйственно-финансовому потенциалу складывающаяся «зона евро» представляет собой крупнейший рынок в мире, к тому же не замкнутый, а активно втянутый в международный хозяйственный оборот. В 1996 г. доля ЕС в совокупном ВВП индустриальных стран мира составляла 38,3% против 32,5% у США и 20,5% у Японии. Причем через каналы международной торговли здесь перераспределяется до 1/3 ВВП против 8-9% у конкурирующих стран.

Переход от нынешней валютной раздробленности к единой валюте дает как государствам, так и бизнесу Евросоюза очевидные преимущества. На уровне государственных финансов присоединение к евро связано с соблюдением жесткой бюджетной дисциплины. Это позволит совместно и успешнее бороться с инфляцией, которая в «зоне евро» прогнозируется всего лишь в 1,5-2% в год. Учитывая, что вся торговля внутри этой «зоны» станет одновалютной (а это около 70% общей внешней торговли стран ЕС), «еврогосударства» смогут обходиться гораздо меньшей массой необходимых им золотовалютных резервов. Их избыточную часть (по оценкам, порядка 120-150 млрд евро) можно будет пустить в хозяйственный, в том числе инвестиционный, оборот. Вместе со стабилизацией государственных финансов при переходе к евро это сократит заемные операции правительств, удешевит кредит и будет стимулировать экономический рост. Наконец, евро облегчит для ЕС и налоговую реформу, которая давно уже буксует и стала самым застойным участком интеграции.

Однако основные выгоды от введения новой валюты получит бизнес ЕС. Для него в «зоне евро» сложится единое правовое поле денежно-кредитного и валютного регулирования. Существенно сократятся по сравнению с разновалютной средой расходы на расчетное обслуживание операций, сроки прохождения денежных переводов, что позволит предприятиям добиваться заметной экономии на накладных расходах и оборотном капитале. Коллективно поддерживаемая евро будет гораздо устойчивее отдельных национальных валют к возможным колебаниям курсов. Внутри «зоны» практически снимутся валютные риски. Сложится единый европейский рынок капитала, более крупный, конкурентоспособный и ликвидный, чем нынешние национально-ограниченные рынки. Появится шанс интернационализировать свои операции не только у крупных, но и у мелких и средних фирм.

Для физических лиц евро также удешевит кредит, ведение счетов и операций с ценными бумагами. Сократятся валютные риски при размещении личных сбережений. Заметно подешевеет иностранный туризм в «зоне евро», где станет ненужным прежний взаимный обмен банкнот разных стран с уплатой немалых комиссионных [11].

ПРОГНОЗЫ ЭФФЕКТА СТАНОВЛЕНИЯ ЕВРО

«По совпадающим оценкам специалистов, сам успех или неуспех новой валюты будет зависеть прежде всего от того, сумеет ли она уже в переходный период набрать определенную «критическую массу» в хозяйственном обороте. По всей вероятности, такую «массу» ей удастся набрать, ибо:

а) уже с 1 января 1999 г. «евровалютное» выражение получает значительная часть государственных финансов ЕС и стран «зоны евро», а следовательно, и тех финансовых потоков, которые циркулируют между бюджетом и частным сектором; ожидается, в частности, что в 1999 г. в евро будет реденоминировано до половины государственной внешней задолженности этих стран;

б) в сферу такой реденоминации попадут, по оценкам, также до 1/3 межбанковского оборота и краткосрочных депозитов, а также основная часть обязательного банковского резервирования. Наиболее инерционным, видимо, останется сектор частных держателей долгосрочных обязательств, но и эти рантье самим ходом событий вынуждены будут пойти хотя бы на частичную диверсификацию своего портфеля в пользу евро;

в) заменяемые евро валюты (немецкая марка, французский франк, голландский гульден) уже сейчас занимают в обслуживании международного хозяйственного оборота достаточно заметное место и вряд ли потеряют свои позиции при реденоминации. Скорее можно ждать исправления существующих перекосов в пользу доллара, который при доле США в мировом экспорте в 15% обслуживает 48% расчетов в международной торговле, в том числе значительную часть - внутри ЕС. Ожидается, что евро уже в переходный период будет обслуживать 18-28% международной торговли, в том числе основную часть оборота внутри ЕС;

г) на новую валюту при исчезновении материала для валютного арбитража внутри «зоны» готовятся перейти, причем весьма быстро, валютные рынки стран-участниц;

д) возникнет обширный спрос на евро и вне «зоны», хотя бы в силу желания третьих стран иметь какие-то суммы в евро в своих валютных резервах или в остатках на счетах;

е) ожидается, наконец, что евро, по крайней мере в период своего становления, займет достаточно прочную курсовую позицию по отношению к американскому доллару.

В итоге предполагается, что общая масса евро на рынках будет больше, чем прежняя сумма заменяемых ею валют, то есть будет происходить определенный переток средств из других валют, прежде всего доллара и иены, в евро. Исходя из этой оценки эксперты прогнозируют заметные изменения, привносимые евро в ситуацию в деловой, в том числе финансовой, сфере. Так, внутри «зоны евро» увеличится предложение на денежном рынке и рынке капитала вследствие сокращения уже ненужных в прежних объемах золотовалютных резервов стран-участниц, равно как и снижения потребностей правительств в новых заемных операциях при государственных финансах, стабилизированных по «пропускным критериям». Это сделает данные рынки более свободными и динамичными, главной фигурой на них станет уже не государство, а частный заемщик; и основные инвестиции пойдут уже не в государственные обязательства, а в ценные бумаги предприятий, в том числе в их акции, что в большей мере свяжет денежно-кредитный рынок ЕС с производством. Ускорится оборот капитала, а процентные ставки по долгосрочным кредитам могут снизиться до 4% годовых.

В международном плане можно ожидать заметной активизации участия стран «зоны евро» в трансграничном движении (переплетении) капиталов. Их экономические операторы будут все активнее становиться уже не только торговцами, но и инвесторами. Начнется новая волна слияний и поглощений, направленная на укрупнение предприятий и банков ЕС до размеров, позволяющих оперировать в масштабах всей «зоны».

Для банков евро будет означать становление в ЕС единого рынка банковских услуг и продвижение к единым рынкам государственных и корпоративных ценных бумаг. Постепенно станет утрачивать свое прежнее значение кредитный рейтинг отдельных стран в пользу сравнительных преимуществ индивидуальных заемщиков.

Для промышленных корпораций введение евро будет означать прежде всего сокращение расходов на их расчетное обслуживание и на гарантирование валютных операций, большую выгоду от фактурирования своей продукции в новой валюте (в том числе, чтобы уменьшить валютный риск) и снижение стоимости заемного финансирования. Это будет способствовать оздоровлению финансов предприятий, росту доходности их акций, причем менее развитый Юг «зоны евро» будет постепенно подтягиваться по этим показателям к ее Северу.

Наконец, что касается финансовых центров Европы, то при продолжении пребывания Великобритании вне «зоны евро» пальма первенства может перейти от лондонского Сити к Франкфурту и Парижу (поэтому 26% опрошенных английских компаний и банков выступают за присоединение к евро уже сейчас и 37% - после следующих парламентских выборов). В случае лишения статуса «налоговой гавани» отчасти потеряет роль финансового центра и Люксембург.

Разумеется, переход к евро будет иметь и свою цену, причем немалую. Макроэкономически взаимная фиксация курсов валют в условиях изменяющейся конъюнктуры означает перераспределение национального дохода более развитых стран «зоны евро» в пользу менее развитых. Поэтому понятны как чрезвычайные политические усилия Италии, Испании и Португалии войти в «зону евро», так и опасения Великобритании и Швеции в этой связи. Освобождается от первоначальной эйфории и рейтинг евро при опросах общественного мнения стран с сильными валютами. По оценке некоторых критиков, делая упор на стабилизации государственных финансов стран-участниц, «зона» не имеет в своем арсенале резервного органа для преодоления возможных деструктивных воздействий на нее извне, вполне вероятных при современном обострении финансового кризиса во многих районах мира.

Единая валюта будет постепенно вести к сближению в «зоне» национальных цен (оптовых и розничных) и процентных ставок, что неизбежно обострит конкуренцию корпораций и банков. Вслед за этим начнут сближаться и затраты на труд в расчете на единицу продукции и ставки заработной платы, в том числе при подтягивании показателей Юга «зоны евро» к ее Северу. Бизнесу «зоны» придется переналадить на евро всю свою расчетно-аналитическую базу, программный продукт, учет и отчетность. Поэтому стоимость приспособления к операциям в евро оценивается для крупной фирмы ЕС в 30 млн долл., крупного банка - 50-250 млн долл., а суммарно этот переход обойдется странам «зоны» в 85-150 млрд долл., или в 1-2% их ВНП. Однако подсчеты показывают, что подобные затраты могут довольно быстро окупиться коммерческими преимуществами.

Итак, в евро уже практически поверила значительная часть бизнеса ЕС (и вне ЕС), а это делает переход к новой валюте несомненным и необратимым» [11].

 

2011-05-26 09:00:22 Учебникивернуться к списку

← предыдущая страница    следующая страница →
123456789